Глава МИД Ирана обвинил Россию в иранских проблемах

Глава МИД Ирана обвинил Россию в иранских проблемах

Глава МИД Ирана обвинил Россию в иранских проблемах

В СМИ утекла запись беседы Мохаммада Джавада Зарифа

Москва пыталась разрушить «ядерную сделку» с Тегераном. Это сенсационное заявление прозвучало из уст главы МИД Ирана Мохаммада Джавада Зарифа. Оно было сделано в ходе не предназначенной для публикации беседы об итогах работы президента Хасана Роухани. Однако часть беседы утекла в СМИ и вызвала удивление в российских экспертных кругах.

Утечки из семичасовой беседы министра иностранных дел Ирана с журналистом Саидом Лайлазом появились в воскресенье на сайте базирующегося в Лондоне телеканала Iran International. Запись была сделана в марте в рамках проекта по документированию деятельности команды президента Хасана Роухани, который летом завершает свой второй срок. Публикация беседы не предполагалась.

Основной смысл ставших публичными кусков записи — «нулевая роль» МИД Ирана в определении внешней политики страны. Основные решения принимались духовным лидером страны аятоллой Али Хаменеи и Корпусом стражей исламской революции (КСИР). По словам господина Зарифа, убитый американцами в Багдаде в январе 2020 года командующий силами специального назначения «Эль-Кудс» КСИР Касем Сулеймани постоянно вмешивался в дипломатические вопросы. Вмешательство «стражей» продолжилось и после его смерти.

Обиды на Россию

Одним из примеров вмешательства КСИР во внешнюю политику, по словам господина Зарифа, стал визит Касема Сулеймани в Москву в июле 2015 года, через десять дней после подписания в Вене Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), известного как «ядерная сделка» между Ираном и шестеркой посредников (США, Россией, Францией, Великобританией, Китаем и Германией). «Эта поездка была совершена по инициативе Москвы без какого-либо контроля со стороны министерства иностранных дел Ирана. Ее целью было уничтожение СВПД»,— заявил господин Зариф. «Говорят, что Сулеймани втянул (президента РФ Владимира.— “Ъ”) Путина в войну (в Сирии.— “Ъ”). Но это был Путин, кто принял решение. Путин начал войну и втянул военно-воздушные и сухопутные силы Ирана в военные действия. До того момента наших сухопутных войск там не было. Там были сирийцы, арабы, афганцы и добровольцы»,— добавил он, а также выразил недовольство тем, что в ходе военной кампании в Сирии Москва по договоренности с КСИР использовала иранское воздушное пространство и военную базу в Иране. Однако то, как это все связано с желанием России подорвать СВПД, из опубликованных отрывков неясно.

Господин Зариф утверждает, что Москва пыталась разрушить СВПД еще на стадии подписания, особенно активно действуя за неделю до заключения «сделки», так как сближение Ирана и США противоречит российским интересам.

По словам министра, ему иногда приходилось использовать «грубый и недипломатичный язык» в переговорах со своим российским коллегой Сергеем Лавровым. В качестве подтверждения своих слов о недовольстве России «ядерной сделкой» он ссылается на известное фото министров иностранных дел стран-подписантов СВПД, сделанное в Вене, на котором отсутствует глава МИД РФ.

Между тем корреспондент “Ъ” был в тот день в Вене и знает, что никакой интриги в отсутствии Сергея Лаврова на фотографии нет. Дело в том, что официальная церемония фотографирования состоялась вечером, когда российский министр улетал на переговоры в Ташкент и никак не мог задержаться. На всех дневных фотографиях того дня из Вены Сергей Лавров есть, в том числе и на фото, сделанном непосредственно после подписания документа. Однако все это не отрицает того факта, что переговоры были бурными и сложными. Так, бывший госсекретарь США Джон Керри в своих мемуарах вспоминает, что Сергей Лавров прямо спросил у иранского министра, есть ли у него вообще полномочия договариваться о чем-то от лица Тегерана. Главу МИД Ирана такая постановка вопроса возмутила. Но в итоге он признал, что наделен полномочиями идти на уступки, и в тот же вечер стороны сняли последние препятствия на пути к подписанию СВПД.

Еще один источник в американской переговорной команде на условиях анонимности рассказал “Ъ”, что в Госдепартаменте были удивлены, насколько серьезно российская делегация была нацелена на успех переговоров по СВПД, несмотря на разногласия с США и странами Европы по Украине.

«Мы старательно стремились избегать этой темы, что было порой непросто, но мы понимали, что иначе не сможем добиться прогресса по иранскому досье. Иногда приходилось буквально одергивать себя. Но российские коллеги, включая Сергея Лаврова и его заместителя Сергея Рябкова, раз за разом демонстрировали большую вовлеченность в процесс. Несколько сложных развязок удалось найти именно благодаря их креативным идеям»,— вспоминает собеседник “Ъ”.

Битва за президента

Иранский МИД не стал отрицать сам факт записи беседы господина Зарифа. Однако, как отметил официальный представитель иранского внешнеполитического ведомства Саид Хатибзаде, слова министра не стоит вырывать из контекста.

Утечка записи беседы вызвала большой скандал в Иране, особенно после серии выявленных до этого недочетов в работе разведывательных служб, а также структур безопасности, ставших очевидными после двух взрывов на ядерном объекте в Натанзе и убийства физика Мохсена Фахризаде. Бывший вице-президент Мохаммад Али Абтахи сравнил публикацию аудиозаписи с кражей Израилем ядерных документов из Ирана три года назад. Не обошлось и без критики в адрес самого господина Зарифа. Так, депутат иранского парламента Али Хезриян назвал заявления министра «аналитической отсталостью», которой достаточно, чтобы его политическая карьера закончилась.

Скандал разразился в разгар новых переговоров вокруг «ядерной сделки» с Ираном. Напомним, что в 2018 году США вышли из СВПД и вернули санкции в отношении Тегерана. Со своей стороны, Иран отступил от условий СВПД, требуя снятия санкций. После смены администрации в Вашингтоне стороны вернулись к переговорам в Вене о восстановлении СВПД. Однако прорыва пока нет, а у команды президента Роухани осталось не так много времени. Выборы президента Ирана намечены на 18 июня. Имена кандидатов еще неизвестны. В последние недели в Иране не раз звучали предположения, что Мохаммад Джавад Зариф может стать кандидатом от реформаторов. «Я неоднократно подчеркивал свое нежелание баллотироваться»,— написал господин Зариф в своем Instagram две недели назад, отвечая на очередные претензии к нему депутатов парламента, которые выразили опасение, что глава МИД использует переговоры в Вене для подготовки своей избирательной кампании. И уже тогда министр обрушился на тех, кто в течение восьми лет президентства Роухани разрушал «лучшие достижения дипломатии» — то есть СВПД. «Я не настроен баллотироваться, но постоянное давление, притеснения, клевета и угрозы имеют противоположный эффект воздействия на общественное мнение и на эту решимость»,— подчеркнул он.

«Лучше объясниться»

Немедленной реакции Москвы на заявления главы МИД Ирана не последовало. Однако в российском экспертном сообществе выразили недоумение в связи со словами министра по поводу «ядерной сделки». «Слова о том, что Россия не желала успеха СВПД, удивляют. Никто больше нас не делал для того, чтобы ядерная сделка состоялась»,— сказал “Ъ” бывший посол РФ в Иране Александр Марьясов. Он считает, что заявление министра — это отражение внутриполитической борьбы. Посол напомнил, что глава МИД Ирана уже пытался уйти в отставку из-за того, что позиция его ведомства не учитывается при принятии внешнеполитических решений. Так, в феврале 2019 года господина Зарифа не уведомили о визите президента Сирии Башара Асада в Тегеран, и он не присутствовал на встречах.

«Запад также часто пытается раздуть, что у нас есть противоречия с Ираном по Сирии. Да, у нас могут быть трения и расхождения в позиции, но мы продолжаем сотрудничать и координировать свои действия»,— добавил господин Марьясов.

«В свое время было много размышлений на тему, что сближение Ирана и США будет не на пользу России, но в Москве всегда понимали, что это сближение не произойдет за один день. Проблемы Ирана и США не сводятся только к ядерному досье. В то же время у России своя логика развития сотрудничества с Ираном, и у нее был свой интерес к СВПД, как для развития связей с иранцами, так и в контексте глобальной темы нераспространения»,— сказала “Ъ” консультант ПИР-Центра Юлия Свешникова. Она также добавила, что очевидно желание команды Роухани оставить после себя некое наследие. «Они, и в частности Зариф, много работали на благо страны, но на их пути все время возникали проблемы. Судя по словам Зарифа, это было сопротивление со стороны силовиков, а также внешние обстоятельства. Можно понять их чувства. Было бы неудивительно, если утекшая в прессу запись — это попытка повлиять на систему изнутри»,— сказала она.

По сути, комментарии господина Зарифа не содержат ничего нового, сказал “Ъ” директор Центра энергетики и безопасности (ЦЭБ) Антон Хлопков. «Интересы Москвы и Тегерана в рамках переговорного процесса по иранской ядерной программе не всегда совпадают. Это вполне естественно, поскольку Иран был уличен в нарушении своих обязательств по соглашению о гарантиях с МАГАТЭ, в том время как Россия является депозитарием Договора о нераспространении ядерного оружия, постоянным членом Совбеза ООН и членом Совета управляющих МАГАТЭ»,— отметил он. Эксперт напомнил, что в рамках переговорного процесса по СВПД Россия настаивала на использовании существующих инструментов Совбеза ООН и процедур МАГАТЭ при реализации вырабатываемой договоренности, в то время как Иран в некоторых случаях предлагал «договориться», игнорируя их или предлагая изменить под иранскую «сделку».

Антон Хлопков также подчеркнул, что комментарии министра иностранных дел Ирана и время их появления в СМИ еще раз показывают глубину раскола в отношении СВПД, который существует в Иране между различными ведомствами и, возможно, ветвями власти.

«Публикуемые СМИ материалы доказывают, что персидская дипломатия — процесс сложный, нелинейный, со своей культурой и традициями, и важно, если мы говорим о перспективах восстановления действенности СВПД, чтобы иранские коллеги сами не запутались в создаваемых ими дипломатических кружевах»,— сказал он. Господин Хлопков также подчеркнул, что министр «должен найти мужество объясниться со своими российскими коллегами».

Со своей стороны, посол Ирана в РФ Казем Джалали сказал “Ъ”, что «ирано-российские отношения находятся на стратегическом уровне, напрямую управляются высшими лидерами двух стран и не подвержены воздействию нагнетаний обстановки со стороны ангажированных средств массовой информации».

Марианна Беленькая, Елена Черненко

Источник: www.kommersant.ru

Добавить комментарий

*

двенадцать + три =