«Талибан» и Таджикистан перекинулись угрозами

«Талибан» и Таджикистан перекинулись угрозами

«Талибан» и Таджикистан перекинулись угрозами

Обостряется ситуация на таджикско-афганской границе

Запрещенное в России движение «Талибан», которое уже полтора месяца руководит Афганистаном, впервые выступило с угрозами в адрес Таджикистана. Причиной стала словесная поддержка таджикскими властями антиталибского ополчения в Панджшере. Ситуация на границе двух стран обостряется: президент Таджикистана Эмомали Рахмон принял там военный парад, а талибы перебросили в приграничные районы «для отражения потенциальных угроз» наиболее боеспособные силы. По мнению собеседников “Ъ”, напряжение на границе нужно сторонам скорее для пропагандистского эффекта, но может привести и к реальному столкновению.

«Мы хотим, чтобы Таджикистан не вмешивался в наши внутренние дела. Мы хотим иметь с ним хорошие отношения, но вмешательство страны во внутренние дела своего соседа не может служить чьим-либо интересам. На каждое действие будет найдено противодействие»,— заявил в интервью телеканалу «Аль-Джазира» заместитель главы талибского правительства Абдул-Салам Ханафи.

Эти слова сделали еще более понятным сигнал, который талибы отправили в Душанбе днем ранее. По словам замминистра культуры и информации в правительстве талибов Забихуллы Муджахида, в приграничную с Таджикистаном провинцию Тахар были передислоцированы «десятки спецназовцев армии Мансури Исламского эмирата Афганистан (название воинского подразделения.— “Ъ”) для отражения возможных угроз».

Судя по всему, такую активность талибов спровоцировало выступление президента Таджикистана Эмомали Рахмона на Генассамблее ООН. «Невыполнение талибами своих ранее сделанных обещаний сформировать инклюзивное правительство с широким участием афганских политических и этнических сил вызывает серьезную озабоченность,— заявил господин Рахмон в Нью-Йорке.— Сегодня на примере событий в провинции Панджшер Афганистана мы являемся свидетелями трагического нарушения международных прав человека. Жителям Панджшера отказано в доступе к продовольствию и другим предметам первой необходимости, а также к гуманитарной помощи, и даже Организация Объединенных Наций и Международный комитет Красного Креста по-прежнему не могут въехать в Панджшер для выполнения своих гуманитарных обязательств».

При этом ответ на возможное обвинение во вмешательстве в дела другого государства таджикский президент дал в самой речи. «Мы не собираемся вмешиваться во внутренние дела Афганистана. Однако мы уверены, что для надлежащего решения политических вопросов и проблем безопасности соседней страны необходимо сформировать инклюзивное правительство путем выборов и волеизъявления народа этой страны с участием всех политических групп и национальных и этнических меньшинств»,— сказал он. По сути, ту же мысль господин Рахмон высказывал и неделей ранее — на саммите Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в Душанбе.

Напомним, что до 6 сентября провинция Панджшер, населенная преимущественно таджиками, оставалась неподконтрольной талибам.

Ее обороняло ополчение под командованием Ахмада Масуда и бывшего вице-президента страны Амруллы Салеха, который даже объявил себя и. о. главы государства, но на тот момент эти слова уже никто не воспринял всерьез. Когда же силы талибов заняли столицу провинции — Базарак, Ахмад Масуд с остатками бойцов отступил в горы, однако затем, по данным многих СМИ, оказался за границей. Во всяком случае, ему удается общаться по телефону с членами Конгресса США и периодически обращаться к сторонникам через соцсети.

«По моим данным, Масуд и Салех находятся в Таджикистане,— заявил “Ъ” российский специалист по Центральной Азии и Афганистану Аркадий Дубнов.— Рахмон имеет право не считать, что приход к власти талибов — это свершившийся факт, и поддерживать одну сторону афганского конфликта против другой. Однако это вполне справедливо можно назвать вмешательством в дела Афганистана. К тому же, никакого конфликта там уже и нет — сопротивление подавлено, и сами панджшерцы совсем не горят желанием продолжать бесперспективные бои».

При этом, по словам господина Дубнова, заявление талибов о переброске спецназовцев к границе «очень на руку Рахмону». «Теперь он может утверждать, что угрозы в адрес Таджикистана — это реальность, и следовательно, ОДКБ (Организация договора о коллективной безопасности.— “Ъ”) должна защищать одного из своих членов. Идет обмен выпадами и угрозами, за которыми нет никаких реальных намерений. Заявления Рахмона — просто пропаганда, направленная на укрепление рейтинга через национализм, а талибы не собираются пересекать границу». Тем не менее опасность прямого столкновения между талибами и таджикскими силовиками, по мнению эксперта, все же присутствует: в желании заявить об агрессии в свой адрес Душанбе может зайти слишком далеко.

Судя по таджикским СМИ, подобный сценарий исключать нельзя. Например, как заявил таджикской редакции «Радио Свобода» (внесено в России в реестр СМИ-иноагентов) источник в пограничной службе Таджикистана, организация «Джамаат Ансаруллах» (запрещена в Таджикистане), которая сотрудничает с «Талибаном» и контролирует северную границу, готовит нападение на Горно-Бадахшанскую автономную область (ГБАО). В понедельник в этот труднодоступный регион Таджикистана отправился Эмомали Рахмон. Там он принял парад, в котором приняли участие пограничники, представители сухопутных войск и сотрудники правоохранительных органов — в общей сложности 2 тыс. солдат и офицеров, а также 50 единиц техники.

Между тем президент Национальной академии наук Таджикистана Фарход Рахими в беседе с “Ъ” выразил точку зрения, противоположную той, которой придерживается Аркадий Дубнов. Он заверил, что никакого вмешательства в дела Афганистана нет, а на обострение идут сами талибы.

«Президент Таджикистана твердо убежден, что конфликт в Афганистане — это результат вмешательства внешних сил в дела этой страны»,— сказал господин Рахими.

На его взгляд, недавние заявления таджикского президента «исходят от его озабоченности тем, чтобы в этой стране не начался новый виток гражданского противостояния на почве тех ограничений, которые талибы ввели в отношении женщин, этнических меньшинств, политических сил».

«Таджикистан испытал на себе последствия гражданской войны. При этом Афганистан повлиял на то, что в 90-е годах прошлого века у нас развязалось противостояние. Мы не хотим, чтобы наша страна опять столкнулась с дестабилизацией,— заявил академик Рахими.— Заявление Абдул-Салама Ханафи прозвучало в то время, когда ни одно государство не признало правительство талибов, а Афганистан сталкивается с неимоверными трудностями, которые ведут к гуманитарной катастрофе. Наблюдаются серьезные разногласия в руководстве «Талибана», формируется новый фронт сопротивления власти талибов. В этих условиях руководство «Талибана», наверное, ищет внешнего врага, чтобы отвести внимание от своих внутренних проблем».

Похожим образом высказался и лидер таджиков Панджшера Ахмад Масуд, который записал обращение к участникам конференции, посвященной его отцу — легендарному лидеру афганских моджахедов Ахмаду Шаху Масуду. Она прошла 24 сентября в Кембриджском университете. «»Талибан» сделал нашу страну убежищем для международного терроризма, а также изолированным и идущим по пути регресса государством,— заявил полевой командир.— Мы создали Фронт национального сопротивления, чтобы продолжить дело своих отцов и реализовать чаяния жителей Афганистана». Желаемым сценарием развития страны господин Масуд назвал децентрализацию: «Основываясь на этой модели, местные сообщества смогут избирать местных лидеров и делать их подотчетными. Эта система существовала в Афганистане в течение прошлого века в той или иной степени». Впрочем, учитывая реальное положение вещей в Афганистане, рассуждения Ахмада Масуда не будут иметь весомого влияния на будущее страны.

Кирилл Кривошеев

Источник: www.kommersant.ru

Добавить комментарий

*

одиннадцать − два =