Историка обидеть может каждый

Историка обидеть может каждый

Историка обидеть может каждый

Как Никанор Толстых поправил Владимира Путина

Газета «Коммерсантъ» №157 от 02.09.2021, стр. 1

1 сентября президент России Владимир Путин во владивостокском детском центре «Океан» провел урок истории для подростков, которые услышали от него и резкий анализ ситуации в Афганистане, и невероятную историю спасения его отца и как ему было в ледяной пещере на Крайнем Севере… О том, почему удался этот урок,— специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников.

Изо всех форматов, когда-либо придуманных для господина Путина к 1 сентября, урок истории оказался, без сомнения, самым подходящим и даже лучшим. Именно он дал возможность российскому президенту развернуться и даже раскрыться. И вспомнить, возможно, на этот раз уже совсем все из того, что было с ним хоть когда-нибудь.

Причина, по которой все вышло удачно, похоже, одна-единственная — господину Путину самому стало наконец что-то интересно.

Вначале, впрочем, Владимир Путин объяснился в любви к возрожденному обществу «Знание» (и сам этот урок, считалось, был в рамках марафона этого общества.— А. К.):

— Интернет, рунет — там чего только нет! Туда залезешь — там можно вроде бы узнать все: от звезд до центра Земли, от гвоздей до бриллиантов — все!.. Но очень много информационного мусора, который очень часто подается как истина в последней инстанции!.. А верить нельзя!.. Потому что это не мнение настоящих, истинных специалистов, а часто людей, которые выдают себя за таковых.

Предубеждение к интернету все же не развеять ничем, и увлечение обществом «Знание» — похоже, продолжение разочарования в интернете.

— А общество «Знание»,— продолжал господин Путин,— его работа как раз связана с тем, что оно обращается к мнению настоящих профессионалов по каждому узкому направлению знаний, и им, безусловно, можно доверять!..

Российский президент предупредил, что мог бы выбрать темой урока юриспруденцию, в которой он чувствует себя специалистом. Но не стал.

— Или,— продолжил он,— например, в сфере экономики, которой я занимаюсь практически каждый день, все-таки я защищался (все-таки это ведь было, да.— А. К.)… Это воспроизводство минерально-сырьевой базы. Чрезвычайно важная вещь для нашей экономики, здесь я в целом тоже чувствую себя экспертом и специалистом! И можно было бы говорить так, чтобы, как говорится, от зубов отскакивало, ночью разбуди, я вам все расскажу и в сфере внутренней, и внешней политики (возьмите любое интервью: отскакивает же; иногда такое впечатление, что нет смысла даже будить.— А. К.). Можно было бы и на эту тему поговорить! Но я в качестве темы избрал историю.

Господин Путин не скрывал, что у него есть цель:

— Цель простая. Если бы я был каким-то узким специалистом, я бы продолбил (а как еще сказать? — А. К.) что-то про историю такое, чего вы не знаете или чего могли бы не знать. Но, поскольку я таким не являюсь, у меня цель попроще — пробудить у вас интерес к истории.

Рассказывая о вечной мерзлоте как, видимо, начале истории, президент России вспомнил, как «был на Крайнем Севере, и там вечная мерзлота, пещера ледяная, сплошной голубой лед. И можно посчитать, там срезы такие, посчитать, какой срез относится к какому веку. И вдруг где-то там, достаточно глубоко, а это значит, эти события происходили где-то тысячу лет назад — ну примерно, я сейчас не помню, но много веков назад,— устойчивый, ясный черный след, а дальше опять голубой лед! Откуда он взялся? Никаких выбросов, машин не было. Ну скорее всего, это вулканические извержения! Для того чтобы понять, что сейчас происходит и что может произойти в будущем, нужно, конечно, все это знать. А это история…»

Российский президент не уточнил, что это было в Арктике и что он лежал в этой пещере, раскинув руки и в буквальном смысле прикасаясь к истории, и пытался, видимо, постичь для себя что-то, в чем был смысл.

После этого Владимир Путин перешел к рискованным рассуждениям. Так, он вспомнил, что в ХХ веке «дважды рассыпалась российская государственность: после революции 1917 года Российская империя прекратила свое существование… а потом произошло еще и крушение Советского Союза» и что, если бы не произошли «эти драматические события… у нас была бы другая страна! Некоторые специалисты считают, что у нас население было бы сейчас под 500 млн человек. Только вдумайтесь в это! У нас сейчас 146 (млн.— “Ъ”). Если бы этих трагедий не было, было бы около 500 млн человек! Разница есть?!»

Считается, что история не терпит сослагательного наклонения. Все уже произошло, и именно так, а не иначе. Но господин Путин активно использовал сослагательное наклонение, ибо это было то, что задевало его так, словно оно было до сих пор живое.

Да, в этот момент он недотягивал до классического учителя истории. Он дотягивал лишь до главы государства, который, видимо, поклялся себе беречь страну от революций.

— А это (много народу в стране.— А. К.) — совокупная мощь государства, которая в геометрической прогрессии постоянно увеличивается, создается все более и более мощная основа развития, существования, благополучия (например, в Индии.— А. К.). Надо посмотреть, что лежало в основе этих трагических событий, чтобы ни в коем случае не допустить ничего подобного в будущем!

Не меньше его беспокоит история с Афганистаном. Все думали, что он выскажется про нее на пленарном заседании Восточного экономического форума, то есть не раньше, чем через день, но он не дотерпел.

— 20 лет… 20 лет!.. Американские войска присутствовали на этой территории и 20 лет пытались… Можно сказать об этом, никого не обижая (он попытался не обидеть.— А. К.),— цивилизовать людей, которые живут там, а по сути внедрять свои нормы и стандарты жизни в самом широком смысле этого слова (попытка не обидеть не удалась.— А. К.), в том числе и в политической организации общества. Результат? Одни трагедии, одни потери и для тех, кто это делал, для Соединенных Штатов, и тем более для тех людей, которые живут на территории Афганистана. Результат нулевой, если не сказать в минус все пошло!..— и тут не удержался и добавил про минус господин Путин.

Урок истории складывался без преувеличения интересно. Российский президент, казалось, намерен был преподать его и американскому.

— А почему? — переспрашивал президент России.— Ответ на самом деле очень простой: если кто-то в отношении кого-то что-то делает (это тоже, видимо, попытка никого не обидеть, никого не называя.— А. К.), то он должен исходить из истории, культуры, философии, в самом широком смысле жизни этих людей, должен подходить с уважением к их традициям. Надо понимать, что извне навязать невозможно ничего! Ситуация должна созреть!

По поводу дискуссии, в каком формате должно развиваться образование, появился новый аргумент:

— Эффективность работы человека, один из критериев эффективности работы — это умение работать в коллективе. Как же вы научитесь работать в коллективе, если все время будете онлайн заниматься? Невозможно! Значит, вот уже один из важнейших критериев успеха, который должен человека сопровождать, будет утрачен!

Владимир Путин увлекался, казалось, все больше, вспоминал про Александра Невского, который в 19 лет выигрывал сражения, и предлагал ученикам, сидевшим напротив (здесь, в классе, были подростки из почти двух десятков регионов страны: они приезжают в детский центр «Океан» во Владивостоке уже 35 лет, и сам центр на 35 лет не выглядит: к приезду Владимира Путина он, без сомнения, помолодел.— А. К.).

Когда российский президент предложил вспомнить людей, знаковых для истории Дальнего Востока, слово без колебаний взял Никанор Толстых из Воркуты. У него на памяти были Ерофей Хабаров и капитан Геннадий Невельской, а господин Путин добавил к ним Витуса Беринга и Николая Муравьева-Амурского и продолжал уверенно уходить в далекую историю, чтобы лишь иногда вынырнуть в недалекую, но беспокоящую его по крайней мере не меньше:

— Если бы победы (над гитлеровской Германией.— А. К.) не состоялось или, не дай бог, нацисты победили бы, мир бы был совершенно другим (опять на уроке и в душе господина Путина торжествовало сослагательное наклонение.— А. К.), и судьба русского и других народов России была бы абсолютно другой, вообще не было бы никакой судьбы!..

Не стоило, видимо, задевать тем, кто уже задел, еще одну тему:

— Мы никогда не должны забывать об этом и никогда не должны позволить каким-нибудь болтунам говорить: зачем надо было бороться за Ленинград, его можно было бы сдать, тогда жертв было бы меньше? Да, может быть, жертв было бы меньше,— с нервным смехом высказался российский президент.— Но тогда вас бы не было! Тех, кто говорит об этом сегодня таким образом!

Так стали только сейчас окончательно понятны причины такой однозначной реакции на историю, затеянную в свое время журналом «Дилетант» и умноженную в сущности телеканалом «Дождь» (внесен Минюстом РФ в реестр СМИ-иноагентов.— “Ъ”).

Отвечая на вопрос того же Никанора, который первый раз высказался, похоже, вне плана, а теперь с него начиналась очередь желающих задать вопрос президенту, Владимир Путин снова занырнул, казалось, глубоко:

— Чего Петр I Семилетнюю войну учинил? Чего он со шведами семь лет там воевал? И вообще… Битва под Полтавой… Вы представляете, где Полтава?! (Сразу несколько учеников неожиданно кивнули.— А. К.) Где Швеция, а где Полтава… А решающая битва между армией Петра I и Карла XII состоялась под Полтавой! Извините, ни фига себе! — поражался президент.— Чего это там все делали, под этой Полтавой? Это же все имеет значение!

На наших глазах происходило максимально адаптированное для подростков изложение глобальных исторических событий.

— Вы хотели что-то еще сказать? — посмотрел Владимир Путин на Никанора Толстых, можно сказать отдышавшись.

— Не сочтите за мою как бы…— страдал, ерзая на стуле, Никанор…— В общем, это называлось не Семилетняя война, а просто Северная война.

Он не хотел этого говорить, понимая, видимо, кого он поправляет сейчас и какой урок этики он получит от своих учителей после урока истории. Но и сдержаться Никанор Толстых тоже не мог. Как честный человек. И просто не мог сдержаться.

Так и вышло, что он стал первым, кто поправил Владимира Путина на публике, при максимальном, без преувеличения, стечении народа (шла прямая трансляция на «России 24»). За последние 20 лет много, наверное, желающих было, а стал один только Никанор Толстых.

Более того, он ведь не успокоился:

— Но раз у нас урок истории,— взял Никанор этот урок в свои руки,— я хочу ребятам быстро рассказать. Северная война длилась с 1700 года по 1721 год. Представьте, 21 год длилась война с одной из совершеннейших морских держав! Ну, это очень серьезно!.. И вот как раз Владимир Владимирович сказал про Полтавскую битву… (Тут Никанор, видимо, решил, что об этом надо было бы поподробней.— А. К.) Тогда русские после трех, четырех… В общем, мы проиграли четыре раза, и на пятый мы выиграли! Вот так!

— Да, да, да… Это Северная война, конечно, спасибо за поправочку…— демонстрировал великодушие Владимир Путин.— Но первый раз проиграли под Нарвой, а выиграли уже, в конце концов, под Полтавой.

Он хотел дать понять, что просто оговорился, а так-то он абсолютно в курсе.

— Но все равно,— кивнул президент уже, без сомнения, прославленному им самим Никанору,— возникает вопрос: как они под Полтавой оказались-то?! И там очень важное взаимодействие между различными государствами… Между Карлом Сильным, который возглавлял Саксонско-Польское государство, между Россией и Швецией… И Швеция была не только морской державой, это была вообще мировая супердержава! А Полтава находилась не так уж и далеко от ее государственных границ… Это любопытное дело…

Позже Юлия Рябцева, директор школы №35 города Воркуты, где в постоянном режиме учится Никанор Толстых, отчитала его за то, что он заметил оговорку президента. Ее собственный возраст, по ее словам, не позволил бы ей делать замечания главе государства (так поправочка, невинное разъяснение стало замечанием), а молодым людям присуща определенная наглость.

Ну ничего, дальше Воркуты Никанора-то не сошлют.

Вот о чем сейчас должен прежде всего думать парень.

Отвечая на вопрос, кем он мечтал стать, господин Путин так и сказал:

— Я, как многие мальчишки, хотел быть то моряком, то летчиком, потом разведчиком. Я хотел быть, и я реализовал этот план, так жизнь сложилась (действительно, и на подлодке плавал, и на истребителе летал.— А. К.). Иногда я даже удивляюсь — как так получилось?.. Это сложное дело, нельзя же прийти просто и сказать: «Я хочу быть разведчиком», и тебя берут в разведку. Так вроде не бывает, но у меня так получилось.

Действительно, сам рассказывал, как пришел на проходную и сказал.

Вопросы становились более конкретными. Десятилетний Егор Сотнич из Бурятии предлагал выделить из бюджета деньги на строительство очистных сооружений для озера Байкал, а господин Путин объяснял ему, что уже выделили (то есть не стоит ломиться в открытую дверь). Тогда Егор Сотнич просил подписаться на его YouTube-канал «Красная вилка»:

— Подпишитесь, пожалуйста, я буду очень рад. И помогите, пожалуйста, сохранить эту великую жемчужину нашей планеты (нет, не «Красную вилку».— А. К.).

— А вот что нужно подписать, Егор?..— недоумевал при этом президент.— Что надо подписать? Подписать что нужно?! Я не понял, что я должен подписать!

Он так хотел что-то подписать, несмотря на все, что уже подписал за эти 20 лет, но просто не мог понять, что именно надо подписать.

— YouTube-канал… Такая социальная сеть: YouTube…— безжалостно ответил Егор Сотнич.

Но на самом деле Владимир Путин все-таки, уверен, хорошо знал, что такое YouTube (просто не расслышал). Хотя бы потому, что натерпелся от него.

— А, хорошо, хорошо, ладно,— кивнул, расслышав, господин Путин.

— Подпишитесь,— в какой-то просто ультимативной форме еще раз предложил Егор Сотнич.

Он знал, что делал: такой подписчик нужен любому каналу.

— Ладно, хорошо, на твой канал,— кивнул президент.

Отвечая на вопрос, какими качествами должен обладать настоящий друг, Владимир Путин рассказал историю своего отца, которого спас воевавший с ним сосед по подъезду, когда отца ранили и надо было оттащить его с Невского пятачка на ту сторону Невы, в госпиталь. Рассказал так, что не только у подростков, наверное, мурашки по коже бегали:

— Он его взял и потащил, рискуя собственной жизнью. Перетащил на другую сторону реки Невы, доставил в госпиталь, сдал, обнял его и сказал: «Ну, прощай. Ты будешь жить, а я возвращаюсь… Иду умирать»… И ушел назад, на этот Невский пятачок… Где-то в 1962 году отец пришел домой со слезами на глазах. Он встретил этого своего друга в магазине, случайно… Тот оказался жив.

Казалось, оставались, значит, еще истории из жизни у Владимира Путина до того, как он стал президентом, не рассказанные им самим за последние 20 лет. Но на самом деле Владимир Путин описал эту историю, еще даже более подробно, в своей колонке для журнала «Русский пионер», вышедшей в мае 2015 года.

Владимир Путин не сказал сейчас подросткам, что отец и его товарищ виделись еще не раз потом, после того продуктового магазина, где один шанс на миллион, по его словам, выпал им встретиться.

Надо признать, что и подростки из детского центра «Океан» в этот день свой шанс использовали.

И даже Владимир Путин.

Андрей Колесников, Владивосток

Источник: www.kommersant.ru

Добавить комментарий

*

восемнадцать − три =